🏠

Аресты и Митинг 31 января. Как повела себя власть? Навальный, Путин, Ротенберг и дворец в Геленджике

Это текстовая версия YouTube-видео "Аресты и Митинг 31 января.…".

Нажмите на интересующую вас фразу, чтобы открыть видео на этом моменте.

Хозяин, объявись! Вдруг появляется Ротенберг. Власти хорошо готовились. Аресты, протесты... Были обезглавлены. Это нормально — бояться. Не выйдут они на протесты. Впервые в нашей стране опасно высказываться. Игорь Владимирович, митинг в этот раз получился сильно меньше, чем в прошлый. Люди просто не готовы больше выходить, люди боятся или просто власть хорошо подготовилась? Ну во-первых, всю эту неделю власти хорошо готовились, где-то в каких-то городах на центральной площади снега насыпали, чтобы там никто не смог собраться, в Москве метро перекрыли, дороги. Всю эту неделю продолжались аресты сторонников Навального или организаторов, в результате протесты или эти демонстрации, они были обезглавлены, поэтому, конечно, было подготовлены все меры для того, чтобы если и были бы протесты, то они были бы не такие массовые, или были бы затрудненности. В этот раз людей было сильно меньше, но содержаний в процентном соотношении точно было больше, чем в прошлый раз, для нас это какой может быть сигнал? Для нас это простой сигнал, как в прошлом выпуске я и говорил, власть будет прибегать к арестам, к выборочным или точечным, для того, чтобы погасить вот эти волны протесты — собственно, власть это и делает. Прогнозы все сбываются, наша власть в этом смысле дееспособна. Есть много других смыслов, в которых есть вопросы, а вот в этом — наведение порядка и так далее... На этой неделе новый виток получила история с дворцом: во-первых, журналист Mashа попал внутрь и снял там стройку, во-вторых, объявился хозяин. Что вы по этому поводу думаете и могло ли это повлиять на желании людей выходить на митинги? Ну что я могу тут думать? Давайте разберем все это подробно. Итак, как утверждает журналист Mash, то он на объекте, который ФСО охраняет, над которым бесполетная зона, он договорился с каким-то строителем, который его туда провел, и он час ходил, снимал все это дело. После этого, когда он заявил: «Хозяин, объявись!» — вдруг появляется Ротенберг и говорит: «Я хозяин». Ну что я после этого могу думать? Я даже думать про это не хочу, я могу тебе сказать, что я чувствую. Я чувствую, что это обман, и когда я вижу, как Ротенберг говорит, да, это мое, я вижу, какое грустное у него лицо. Он же предприниматель, ему теперь все это тянуть, тащите, видимо, надо сделать это прибыльным. Апарт-отель на 16 номеров. Кстати, это возможно? Вы как бизнесмен скажите, кто туда должен приезжать... Ну я не знаю, если за приезд туда нужно будет заплатить миллион долларов, значит, наверное, это можно окупить, но, видимо, тогда главы государственных монополий будут туда приезжать и платить по миллиону долларов за ночь?! Нет, конечно, это невозможно сделать прибыльным, вот в принципе, просто в принципе. Надо принять, что мы живем в стране, где очень много чудес, есть чудеса света в виде пирамид, Эйфелевой башни, еще что-то, а есть такие чудеса. Почему история с дворцом так все триггернула? Абсолютно понятно: страна у нас очень бедная и потому, когда демонстрируется избыточное мегапотребление властьимущих или каких-то людей, то это вызывает законное раздражение, возмущение, негодование людей, у которых ипотека и они не могут выплатить, низкие доходы и так далее. Если есть люди, которые 100 миллиардов какой-то домик строят, ну просто смотри, и ты его показываешь и говоришь, что, вот человек — он 100 миллиардов ваших денег взял и построил — это вызывает просто животную, естественную, натуральную реакцию людей возмутиться и выйти на улицы. То есть, на самом деле, гораздо больше на нашу жизнь, на нашу бедность, на продолжение бедности в нашей стране влияет другое — отсутствие такого внятного правового поля, доминативное влияние некоторых людей на правовую систему и так далее, это очень сильно влияет на бедность в нашей стране, но это не триггерит так сильно людей, чтобы они вышли на протесты, ну не выйдут они на протест, сколько уже было, даже за отравление Навального никто не собирался никуда выходить. Игорь Владимирович, сейчас складывается такая ситуация, когда ты вроде бы как всегда должен выбрать, ты за кого: ты за Навального или за Путина? Есть ли у вас ощущение, что эта ситуация складывается и как вам кажется, почему, почему ты не можешь быть посередине, в стороне, справа, слева — ты должен выбирать? Ну да, похоже, впервые в нашей стране опасно высказываться. Все, что ты высказался, если ты не за Навального или не за Путина, то как бы, в смысле? То есть постоянно следует этот вопрос: нет, ты за кого? Хватит тут философию разводить и так далее. На самом деле это путь к противостоянию. Именно из-за этого следуют такие ролики, как Симановский сделал, который тоже просто говорит, да я что — просто своих сотрудников собрал, они выразили поддержку Владимиру Владимировичу и прокричали вот эту речовку. Поставь это видео. «Владимир Владимирович, мы с вами!» Я, например, когда вижу такие ролики, я говорю, ну окей, Симановский просто хайп делал, да, ну окей, но если кто увидел эти ролики, он может по-другому уже это считать. Главное — это то, чтобы мы перестали говорить за Навального мы или за Путина, потому что те, кто за Навального, и те, кто шел сегодня на протесты, хотел протестовать, они в общем-то не за Навального, они просто хотят перемен. Им надоела такая недоразвитая экономика, им надоели эти непонятности, где чьи машины, дворцы, дома и так далее. Ну просто им надоело. Они хотят перемен, они хотят высказаться про они. И они молодцы, что не молчат, выходит и заявляют, что они за перемены, они не хотят жить в нищей, подчеркиваю, стране. Ну а те, кто типа за Путина, они же не за Путина, на самом деле, они просто не хотят войны, они не хотят перемен, они боятся, что перемены приведут к чему-то плохому, потому что сейчас есть что-то, хотя бы что-то, ну пусть низенько-низенько, но есть, а будут перемены — мало ли что, а вдруг хуже будет? И те, и те люди, смотри, в основном, это нормальные люди, их объединяет одно: они люди. Это нормально бояться. Просто одни уже говорят: «Ну давайте же сделаем что-то», — и заявляют об этом, другие говорят, слушайте, давайте не будем делать, потому что мало ли что. Все. И здесь, конечно же, вот эти два движения разыгрываются теми, которые ставят на это флаги. Ну что возникнет? Столкновение. Столкновения всегда приведут к чему? К членовредительству, к травмам каким-то, оскорблениям психологическим, моральным, физическим травмам и так далее. Ну что мы могут? Могут начаться кровопролития и так далее. Я бы не хотел, чтобы у нас была такая ситуация. Выход есть из этой ситуации? У человека есть два свойства: либо он боится и тогда перемены невозможны, или он сдерживает перемены, или вторая ситуация — он приоткрывает себя для перемен. Как только в нашей стране критическая масса людей будет искренне желать перемен, все перемены произойдут. А пока все-таки значимая часть, доминирующее количество людей, боится — чего-то боится или перемен боится — никаких перемен не будет. И мы же будем жить, примерно как сейчас. [музыка]

Ad Х
Ad Х