🏠

Ивлеева - про Элджея, секс и пластику (English subs)

Это текстовая версия YouTube-видео "Ивлеева - про Элджея, секс…".

Нажмите на интересующую вас фразу, чтобы открыть видео на этом моменте.

— Что классного в Элджее? — Сколько у тебя сантиметров? — У меня маленький член! — Ну и маленький член тоже в моей жизни случался. — Ты любишь куннилингус? — У-у-у! (музыкальная заставка) — Сейчас ты главная девушка русского YouTube. Если бы тебе четыре года назад рассказали об этом, ты как долго у виска бы пальцем крутила? — Ну я думаю, что приличное количество времени. (смеется) Я до сих пор в это не верю. — Расскажи, что за жизнь была четыре года назад. — Дай подумать. — Я тут у тебя в последнем влоге увидел сочнейшую арахисовую историю про 23 рубля, которых не хватало на «Сникерс». — Это было, да. Слушай, ну… Четыре года назад. Я работала мастером по маникюру. У меня была тогда цель… типа выучиться делать крутой маник, наращивать ногти, делать дизайны, которые типа там — в Ленобласти, это еще не город — никто не сможет повторить, и вообще, я еще задумывалась о том, чтоб стать классной массажисткой ну и в процессе открыть свою клинику. И реально не было бабла вообще. Мы с сестрой — она зарабатывала тоже в салоне, это была Ленинградская область. Всеволожский район, может ты знаешь. — Там «Форды» производят. — Да. — Собирают. — Колтуши вообще, если быть точнее, рядышком. И мы реально встречаемся с ней на обеденном перерыве просто. И я говорю: «Маш, у тебя есть деньги?» А там типа до зарплаты нифига нет, я только начинала и получала проценты типа. Вот клиент пришел, заплатил там 500 рублей. И ты типа получаешь образно там полташку, знаешь? Ну типа такого, я уже не помню, но это были копейки. И мы реально с ней встречаемся вот так вот, и я говорю: «Маш, че по деньгам?» Она такая: «Ну у меня там вот, 15 рублей». Я говорю: «Ну вот у меня 14». И вот так вот мы собираем и говорим: «Че купим?» — «Давай "Сникерс"». И мы пошли, на обед себе «Сникерс» купили, поели, и вот. — Слушай, маленький город в Ленобласти… Тебя же клеили все местные бандюки? — Ну… — Какой контингент еще к такой девочке там может подкатывать? — Слушай, больше все-таки была по Питеру такая история, потому что в Ленинградской области хоть я и жила, но у меня была параллель. Я жила еще… Ну, то есть, короче, место, где я родилась — это 12 км от Санкт-Петербурга. Это 20 минут езды на общественном транспорте. И я когда начала какие-то денежки зарабатывать, я снимала квартиру в Питере. И когда я устроилась на работу в ночной клуб, это тоже был период большой в моей жизни, пять лет. Но я работала — так случилось, реально, в самом пафосном, крутом, дорогом клубе Питера. На тот момент это был клуб Laque, может быть, кто-то вспомнит. Он даже был без вывески. Туда приезжал весь жир — и московский, и заграничный. — Футбики «Зенита»? — Все. — Там просто вот так… — Ага. — Это в смысле алкоголь был сейчас. — Так. (Ивлеева смеется) Вот там вот всякие бандюки ко мне, конечно, клеились… — …только в путь. — Че им говорила? — «Мне это не надо», "I don't like it". (смеется) — Есть какой-то универсальный метод отмазки, когда тебя клеит… (низким голосом) гэнгстер? — Да просто говоришь: «Чувак, мне это не надо, ты не в моем вку…» Ты знаешь, Юр, ты… Вот поверишь мне, если я скажу, что я максимально прямолинейный человек? — Ну скорее да. — Ну вот даже по отношению к мужчинам. Если мне кто-то не нравится, он сразу об этом поймет. — Ну одно дело, если я тебя начну клеить, и ты меня прямолинейно отошьешь — я отреагирую нормально. А когда это держиморда из провинции, не из самого Питера, а если он еще откуда-то приехал. — Нет, согласна, ну это можно сказать типа: «Конечно мы сходим с тобой на свидание. Ты можешь мне набрать». А потом ты выходишь и блокируешь номер или сливаешься. И всегда можно похлопать глазками и как бы съехать: «Ха-ха-ха, было много дел, я побежала». Всегда прокатывало. — Сколько ты зарабатывала, когда была хостес? — На тот момент это было по… плюс-минус… Ну типа 100 тысяч рублей в месяц — это было очень много на те времена. 2013/14 год, это было… — В Питере это и сейчас немало. — Согласна. Ну плюс-минус, да. — Смотри. Сейчас ты всегда увиливаешь от вопроса про то, сколько денежки тебе приносит твоя работа, поэтому я максимально коротко. По моей инфе одна рекламная фоточка в твоей инсте стоит от 900 кусков, а видосик от 1 200 000. — Ну плюс-минус. — Во-первых, расскажи о самом невероятном впечатлении или особенном впечатлении, когда впервые большие деньги от всей твоей деятельности тебе приземлились. Как ты на это отреагировала и как сильно тебя оторвало от земелюшки русской в этот момент? — Вот кстати… Либо мне так кажется, но… от земелюшки русской меня пока не отрывало. Ну типа такого не было, что я начала зарабатывать деньги и такая: «Пф-ф-ф! О-о-о, я могу себе позволить просто все, что хочу!» Да, действительно, я могу себе позволить сейчас многое. Но оно как-то постепенно происходило. А… Первая денежка… (шумно втягивает воздух) Сумма идет в миллион. — Ну типа первый миллион, как бы это ни звучало. — Да, да. — Но, Юра, первый миллион я заработала не когда была блогером. Первый миллион я заработала еще в Петербурге, как раз-таки когда работала хостес. — Это как? Каким образом? — Это вообще сумасшедшая история. Эм-м-м… Был момент, когда я решила, что надо менять свою жизнь.

Я не знала еще, чем я хочу заниматься: актриса, блогер, телеведущая… Думаю, надо… Опять-таки же, там было огромное количество бизнесменов, которые отдыхали. И, эм… Я не знала еще, чем я хочу заниматься: актриса, блогер, телеведущая… Думаю, надо… Опять-таки же, там было огромное количество бизнесменов, которые отдыхали. И, эм… И так как я была не хостес, которая хотела там выйти замуж, найти себе богатого мужика, потому что в принципе эта профессия обязывает… — А это обычная история для девочек-хостес? — Да, конечно, по крайней мере в клубах, конечно. Все же хотят себе найти богатого мужика, тратить его бабки и жить припеваючи. Мне никогда это не нравилось, потому что я думала: «Нет, я лучше буду жить на… Я лучше буду на обед себе покупать «Сникерс», но типа у кого-то просто… посасывать писю за то, чтобы там позволить себе купить сережки, come on, это вообще абсолютно не моя история». Ну и короче… Меня обожали все… Ну не все, но многие вот… Взрослые дядьки, которые уже там… имели какой-то статус, хорошо зарабатывали… И когда они приходили, вот эти вот все письки к ним подбегали: «Ах, боже, что вам, столик, не столик?» Как бы я всегда себя позиционировала как личность: «Если хотите, пожалуйста, проходите, присаживайтесь, деньги давайте, я отнесу их начальнику, вот вам официант, у вас все будет хорошо». Все. И короче… Мне пришла мысль, я думаю: «Так, надо мутить бизнес». С творчеством не получается, надо быть бизнесменом. И я подумала, что надо начать с малого — открою мастерскую по ремонту обуви. Какой-нибудь ларечек куплю. И типа… Посажу какого-нибудь таджика, он будет ремонтировать обувь. Ну надо было что-то придумать, мне уже было 23 года! Мне нужно было… фантазировать. И я подумала: бизнес-план! Это же потрясающе! Я думаю: «Где взять денег?» Потом думаю: «У меня же в клубе просто 80% ходячих кошельков. Come on! Надо что-то с этим делать». И короче там был один товарищ, который очень тепло ко мне относился. И я к нему значит подошла и сказала… И я не помню уже, честно… — …плохо, сомнительно помню имя. — Так. — Э-э-э… Он уже такой, в возрасте, я к нему подошла и сказала: «Милый друг. У меня к вам есть бизнес-предложение. Если вам интересно, мы могли бы его обсудить на днях, было бы классно». Он сказал: «Давай. Почему — не проблема, приезжай ко мне в офис. И я, представляешь — у меня нет никакого бизнес-плана, у меня в голове только ларек с узбеком, который будет ремонтировать людям обувь. Я думаю: «Господи, Ивлеева… Что я ему сейчас скажу? Что я ему предложу? Ну все, была не была. Авантюра началась». Я приезжаю к нему в офис, реально, все вот по серьезке: стоит стол, он говорит: «Присаживайся». Садится вот так вот напротив, говорит: «Излагай». И я ему рассказываю: «Вот, мне может быть тысяч четыреста…» Ну типа как учредительство. Я говорю: «Я окуплюсь, вы сначала будете получать, образно, 60% прибыли. Пока я вам все не выплачу, а потом выйду в ноль. Это будет чисто мой бизнес там. Триста-четыреста тысяч мне будет достаточно». Он как-то воодушевился, значит, моей идеей. И он сказал: «Хорошо». «Хорошо, — говорит, — я дам тебе денег». «Ты классная, — говорит. — Это круто, что ты, работая в ночном клубе хостес, приходишь ко мне и абсолютно вот так вот серьезно говоришь». — «Давайте вы станете спонсором, учредителем…» — Так. И на следующий день… Мне звонок в дверь — я жду свои заветные триста тысяч. Думаю: «Ю-ху! Сейчас начнем бизнес строить». И мне привозят наличными миллион рублей. Вот такая вот пачка, я никогда ее не забуду. В пакете черном перемотанном — я открываю, а там миллион рублей. И он написал записку: «Ивлеева, я даю тебе миллион. У тебя все получится, если хочешь, давай. Как будет удобно, тогда все отдашь, выплатишь, и так далее». И вот я заработала свой первый миллион путем вот этой вот бизнес-встречи. — И-и-и-и… Ты вложила его? — Конечно же нет. Я все просрала. Но неважно, сделка состоялась. — Но тебе же нужно было вернуть его. — Вот у меня тогда и слетела крыша. — Потому что мне… — Ты вернула миллион? — Нет, но… — Ты че, верни миллион! (Ивлеева смеется) — Не, я не шучу сейчас. — Нет, подожди. — Он сказал тогда, что… он делает… как сказать, ну типа вклад безвозвратный. — Конечно, но… — Нельзя этому верить! — Послушай, ну у меня нет ни телефона человека, я даже не помню как его зовут, конечно, если… — Он хотел тебя купить таким образом, как ты думаешь? Твою тушку? — Нет. — Я тебе больше скажу. Когда я взяла эти деньги, я действительно очень долго их хранила для того, чтобы открыть этот ларек по ремонту обуви. — Эм-м-м… Но… Он долгое время не приходил, тоже нечастым гостем был. И как-то все-таки через пару месяцев он вышел со мной на связь и спросил как у меня дела. Я сказала: «Пока никак, но я в процессе». Он сказал: «Ну смотри, если у тебя будет получаться — класс, если нет — ну типа… это твое право». Вот так вот просто белый ангел дал мне денег и сказал: «Хочешь — попробуй». Вот клянусь, ничего не делала, ничего не давала взамен, просто пришла и вот так вот сказала: «У меня есть бизнес-идея». — Ну то что ты просрала в итоге эти деньги — ты понимаешь, что это неправильно? — Абсолютно. Но… Чего можно было ожидать от девушки, которой 23 года, и до этого я таких денег никогда в глаза не видела? Конечно я их просрала. (Дудь усмехается) — Но я половину просрала грамотно. — Это как? — Ну я там… Ма… Родителям что-то дала.

Пошла… (сквозь смех) здоровье поправила. — Здоровье поправила? — Короче, я просрала этот миллион… — Здоровье поправила?! Об этом позже. Пошла… (сквозь смех) здоровье поправила. — Здоровье поправила? — Короче, я просрала этот миллион… — Здоровье поправила?! Об этом позже. Об этом, о здоровье позже. — Чтобы хорошо работать и оставаться продуктивным, нужно хорошо отдыхать. Мой любимый способ перезагрузить голову — это фестивали и концерты. Пару дней назад я вернулся с фестиваля Sziget, который каждое лето гремит в Будапеште. — Смотрите, смотрите, смотрите, какое слоеное тесто. — Восемнадцать месяцев. Вот такой рок-прикид для пацана. — Вот это я понимаю серьги. — И одно из главных впечатлений — концерт питерской группы Little Big. [Little Big исполняет Everyday I'm Drinking] Просто разорвали международную, а не только русскоязычную толпу. Теперь я знаю, на какие концерты буду стремиться этой осенью: Little Big в Москве, Little Big в Питере. Ну а для тех, кому концертов мало, кому хочется слушать хорошее музло чаще — нужен правильный девайс. Новые беспроводные колонки от Sony с поддержкой технологии Extra Bass и режима Live Sound гарантируют высокое качество звука и обеспечивают эффект присутствия на концерте любимой группы в любом месте. Маэстро! [играет Little Big — Faradenza] Во-первых, это красиво. В колонку встроена многоцветная линейная подсветка, работающая в режиме ваших любимых треков. А специальная функция Party Booster позволяет использовать ее как музыкальный инструмент. (колонка реагирует звуком на удары) Во-вторых, это удобно. Колонка очень прочная и защищена от воды, грязи и пыли. Поэтому ее можно брать с собой на природу, даже если вы решили искупаться. Маэстро, музыку! (Приглушенно играет Little Big) Еще несколько приятных цифр: Технология Wireless Party Chain позволяет подключить до ста колонок и устроить нереальную вечерину. Встроенная батарея — до 24 часов. Вес колонки — 890 граммов! Работает! Она играет! Ее завалило там как не знаю кого, и они играют! Порадуйте себя и друзей и слушайте любимую музыку в отличном качестве на море, на природе и в любом другом месте, в котором вам захочется. Ссылка с промокодом и скидкой в 20% — в описании. Также по ссылке можно найти другие гаджеты из «Эльдорадо», которые сделают твою жизнь значительно продуктивнее. Пользуйся тем, что у тебя есть. Будь в деле. — Шнур, твой земляк, кстати, на альбоме «Пираты XXI века» сказал нетленку: «Заводы стоят — одни гитаристы в стране». — Заводы стоят, блядь, одни гитаристы в стране! — А сейчас ощущение, что одни блогеры в стране. Как ты к этому относишься? — Эм-м-м… Знаешь, Юра…(смеется) Вообще, если честно, меня иногда раздражает этот факт. Я поняла, что меня начинает это раздражать, когда не… Я не собиралась быть вайнером, потому что как бы я ни не любила это слово, именно с этого начался мой творческий путь. И когда я начинала, этого было не так много. И в процессе я поняла, что этого стало так много, что меня это начало прям… бесить, этого стало как говна. И… Но потом я абстрагировалась и сейчас, если честно, я вообще практически ни за кем не слежу. Я абстрагированно веду свою деятельность. И ни с кем там не… провожу параллели. И… вот реально даже практически ни за кем не слежу. Но! Могу тебе сказать однозначно, что меня бесит. — В блогерах. — Да? Да? — Что они ведут себя так, как… Ну как будто они сделали действительно что-то достойное в своей жизни. — Что ты имеешь в виду? Высокомерно? — Ну типа да. Какие-то понты, потому что сколько раз было — я прихожу на мероприятие, и там собираются, значит, участники страниц в 200-300 тысяч подписчиков и ведут себя так, как будто они защитили какую-то там… не знаю, им выдали премию… или они просто сделали какой-то прорыв года. Ну типа абсолютно необоснованно. — Ты себя так никогда не вела? — Никогда. Только… Все, что я делаю, все мои выебоны заканчиваются у меня внутри моего офиса, когда я раздаю заслуженных пиздюлей своим сотрудникам. — За что последний раз раздавала? — За то, что выпуск вышел не в 7 часов вечера моего шоу, а в 7:40. Это было вчера. — Мы встречаемся с тобой не в Москве, вдали от родины — какой день ты в поездке? — Оль, какой день? [— Двадцать пять дней.] — А сейчас какой? [— Сейчас двадцать пятый день]. (Ивлеева испуганно вдыхает) — Ты 25 дней не была в России? — Нет… — Двацдать… — Двадцать пятый день, серьезно сейчас? — Юра, двадцать пять дней я не была дома. — У тебя был секс за эти 25 дней? — Да. — Был? — Да. — М-м. — Это редкость. — Но… — Тут у нас приходил… Предыдущем гостем программы был Сергей Доренко, культовый русский журналист на стыке веков, и он рассказывал, что «на третий день командировки все девушки — сплошь красавицы». Как обстоят дела у девушек по части наблюдения за парнями в командировках? — Ну ты знаешь, это зависит, во-первых, от стран, потому что иногда мы объезжаем такие страны, что… там не то чтобы с парнями, там с девчонками, вообще с народом плохо. Но… Терпимо, терпимо… И есть же всякие штучки, которые… происходят… в режиме онлайн. (Ивлеева смеется) — В режиме онлайн? — Если ты понимаешь, о чем я, ну конечно. — Блин, ты практикуешь… — Подожди… — Виртуальный секс? — Да. — Ну… — Слушай… Когда ты впервые это попробовала? — Ну подожди, что в твоем понятии «виртуальный секс»? — Когда ты с любимым человеком на связи и вы мастурбируете одновременно, в общем, каким-то образом друг друга заводя через экран.

— Ну это может быть и такая функция или просто какое-то поддержание… типа горячих смс-очек, фоточек и так далее. — Ага. А какие программы для этого используются? — Ну это может быть и такая функция или просто какое-то поддержание… типа горячих смс-очек, фоточек и так далее. — Ага. А какие программы для этого используются? То есть это может быть и старомодный Skype, — и телеграмчик, и все что угодно. — Конечно. — М-м. Это круто. Где самые красивые парни на свете? — Э-э-э, Ибица. Потому что туда съезжается, конечно, весь сок. Как и девчонок, так и парней. Я когда была на Ибице, у меня рот не закрывался. Мне казалось, что просто… Я в раю. Ну это же типа «остров разврата». — Что ты думаешь о красоте русских парней? — Эм-м… — Оцени их… — Вот если, допустим, принять ибицийских пацанов… Ну я так понимаю, что ты имеешь в виду в первую очередь голландцев, немцев и всех остальных, кто туда пригоняет, позанимавшись в тренажерке основательно. Если принять это за 10, то русские пацаны — это сколько? — Ну наши парни наверное на семерочку тянут. — Мне нравятся наши парни. — На семерочку? — Они, конечно, не супер идеальны… Тут даже дело не в красоте, дело в, как это сказать… В менталитете наших парней. Мне нравится, что… Допустим, если взять тех же самых итальянцев-испанцев… Да, они там надушены, у них глаженая рубашка, и он к тебе не подкатывает, почесывая яйца и думая… думая… «думая»? — «Думая», да. — Господи, слава богу. — И… Типа «вот я здесь, я есть, я обратил на тебя внимание, ты самка, погнали». То есть они реально стараются, душатся духами и все такое. Но! Вся эта история такая певческая и быстротечная. А с нашим мужчиной можно в принципе далеко пойти, о чем-то поговорить, придумать, если, конечно, это барышне надо. А с ними такое, это быстротечная такая история абсолютно. Не то чтобы я практиковала, просто я… — Тебе по-прежнему шлют члены в директ Инстаграма? — Реже, слава богу, но иногда бывает. — Можешь взять телефон и показать хоть один? — Слушай, ну это же директ: когда-то натыкаешься, когда-то нет. — А вот сейчас у тебя свеженького?.. Ты все сразу удаляешь, да? — Скорее всего сейчас не будет, потому что у меня вышли сторис по шоу, — …и люди дают обратную связь, и я сейчас не найду. — Я понял, реагируют. — А сохраненного у тебя никакого нет? — Нет. — Покажи член, хотел сказать я. — Погнали. Ну он у меня есть, только невидимый. — Да? — Скорее, яйца. — М-м-м. Ты сейчас же не шутишь. — Про яйца? Про член? — Ну да. — Нет-нет, тебя же называют девочкой с… «Леди-гопник» или «девочка с яйцами». Когда ты впервые это поняла? — Я этого не понимала! «Леди-гопник» мне вообще не нравится, меня почему-то называют так мои друзья. — Которые сидят сейчас за камерой. — «Девочка с яйцами». — Эм-м… Это наверное все… Ты знаешь… Нет, я знаю, когда я поняла это. Когда переехала в Москву. Когда переехала в Москву и началось мое становление как личности, формирование полное. Потому что до этого были только мытарства, и типа я понимаю, что могу что-то больше, но не знаю, как это сделать. А когда я переехала в Москву и началась моя плодотворная работа над собой, и вообще я поняла, что да, у меня есть характер, да, у меня есть выдержка, и, к сожалению, да, у меня есть яйца — хотя наверное к счастью. Но при этом я могу быть очень женственной. — А почему «к сожалению»? — «Девочка с яйцами»? — Да. — Слушай, я не знаю, мне иногда кажется, что… Вот я смотрю на всех этих милых девчулек, знаешь, вот это вот… Такая вся нежная, с длинными волосами, они такие хрупкие малышки… И я так думаю: «Блин, мне кажется, я такая грубая и такая мужественная по сравнению с ними». Но потом я понимаю, что во мне секса гораздо больше, чем в этих… …милых созданиях. (музыкальная заставка) — Я пару раз натыкался в «Орле и решке», как ты… …вот так вот сидишь. Я так понимаю, это фирменная фишка, да? — Вот так вот? — На кортанах. Вот так же, да? Откуда это, скажи. — Шутки ради, это же образ. — Типа понимаешь, я народный человек. — Ага. — Вот как ты говоришь,«девчонка с яйцами». Я могу быть женственной, нежной, на каблуках, то есть, мне нравится гнать — это гон. Сесть и сказать оператору: «Э, слышь! Присядь, поболтаем». И… Это просто шутки ради. Вот и все. Но народ почему-то так воспринимает, типа «леди-гопник». — А умеешь не отрывая сидеть? — Не знаю. — Давай попробуем. — Ты так говоришь, я так не сижу, знаешь, сутками напролет. — О, получилось! Так. — Вот кстати, это неудобно, ты знаешь. — Да? — Блин, вот здесь вот прям… — Напрягается, да? — Да-да-да. — Трицепс. — Трицепс, ну да. — Задний бицепс бедра. — Выглядит интересно, в целом. — Ну, достаточно. — В твоем исполнении. — Но вот так вот мне нравится больше. (музыкальная заставка) — Ты давно суперзвезда интернета, но все равно мечтала попасть в телек. Нафига? — А-а-а… А почему нет? Ну, во-первых, я в телеке в самой классной программе про путешествия. Она интересна, это не скучно, это не какой-то зашкварный там… проект… скучный какой-нибудь, неинтересный, на каком-нибудь там «Рен-ТВ». Реально классный телеканал, один из интересных, топовых, молодежных. Программа, которую я даже сама… Реально… м-м-м… С учетом того, что я сама редко смотрела телевизор, это та программа, которую я смотрела достаточно регулярно.

Почему нет? Ты представляешь… Есть телевизор. Вот эта программа, которая каждый день показывает мое лицо. Почему нет? Ты представляешь… Есть телевизор. Вот эта программа, которая каждый день показывает мое лицо. — Так. — Успешно. И интернет. Который делает то же самое. И все это идет в параллели. И это гармонично все работает. И дает потрясающую обратную связь. Почему нет? — Ты вела в этом году «Премию МУЗ-Тв». Я знаю одного человека, тоже из интернета, которого тоже звали ведущим этой программы, вот, рядышком с тобой, но он отказался, потому что «попса галимая». Тебя попса не смутила? — Это экспириенс, который мне был безумно интересен. Вопрос, если меня второй раз позовут, это… Вернее, если меня позовут второй раз, вот это уже вопрос. Но для первого раза мне было безумно интересно. «Олимпийский», come on! Я даже не певица! Я вышла, понимаешь, и сказала в микрофон: «Привет, "Олимпийский"!» Я четыре года назад, восемь, проезжала Москву, видела «Олимпийский» с этого поезда, понимаешь, Останкинскую башню и думала: «Господи, когда-нибудь я буду здесь жить!» И я выхожу, Ксения Собчак, Нагиев, Галкин — люди, на которых я смотрела по телевизору. Да, пусть это… Все равно это круто. И выйти и сказать на весь «Олимпийский»: «Привет, "Олимпийский"!» — и потом дать жару. Ну или мне так казалось. — А какую музыку ты сама слушаешь? — Я меломан. Очень разную. Я могу сегодня слушать русский рэп, а завтра умирать под Гребенщикова. — М-м. — А у тебя есть любимая песня Гребенщикова? — Безусловно. — Какая? — «Город золотой». — Есть город золотой С прозрачными воротами… — Тем не менее, у тебя есть желание дозировать себя по части шоу-бизнеса? Ты не боишься, что ты можешь… Ну в общем, ты блищка к тому, чтобы стать частью этого шоу-бизнеса, того старого, старого, и в значительной степени себя потерять? — Не-не-не-не-не, ни в коем случае. Если я вхожу в какие-то штучки, это чисто ради эксперимента, чуть-чуть. — Либо… — На полшишечки. — Да. Либо… Ну знаешь вот, реально попробовать, либо чтобы у меня была обратная связь, которая мне потребуется, с определенным человеком, но вот этот устоявшийся «Голубой огонек» — нет. (музыкальная заставка) — Я точно знаю, что… среди богатых… российских граждан есть такая категория как «бренд факеры». Чуваки, которые маниакально хотят трахнуть девочку, известную девочку, и готовы расстаться с любыми бабками по этому поводу. Как часто они подбивают клинья к тебе? Я на самом деле о таком наверное первый раз слышу и… не подбивают ко мне клинья такие ребятки. — Никогда? — Мне кажется просто мужики меня боятся. — Почему? — Ну потому что я самодостаточная, дерзкая, красивая. И… Как правило легче как раз-таки подбить клинья к каким-то, мне кажется, просто девочкам, которые любят ездить в Монако. — Когда-нибудь тебе предлагали деньги за секс? — Никогда. — Даже вот в те времена ночного клуба? — Никогда. — Ну типа пытались просто познакомиться: «Пойдем в кино, кофе попьем». — Но… — Это не предложение денег. — Да, ну то есть такого: «Давай я тебе дам бабки и мы с тобой займемся сексом», — не было. Возможно, кто-то писал там когда-то в интернете, ну ты знаешь, может, какой-то… там, в директ кто-то что-то… ну какой-то дебил, дегенерат. Но типа каких-то таких прямых… …штучек не было…«штучек»! (усмехается) — «Штучек»! (музыкальная заставка) — Ты запустила свое вечернее шоу «Агент Шоу». С чего вдруг? — Всем привет! Я Настя Ивлеева, и вы смотрите «Агент Шоу». — А почему нет? Мне захотелось что-то свое. Что-то по части… Ну вот как раз-таки такого формата. Это не что-то новое типа… Огромное количество шоу, где берут интервью, где развлекаются, и… — Ну по сути это «Ургант» для девочек. — Ну-у, может быть, не знаю. — Угу. — Я не знаю. — Почему это вышло одновременно с шоу Регины Тодоренко, и это очень похоже! Очень! — Клянусь, Юра, это чистая случайность. Я клянусь, я не знала, что у Тодоренко будет шоу. Мы сидели, я еще помню там, в кафе, и я собирала свою группу, с которыми я вообще вот думала что-то вот это грандиозное замутить. И я говорила: «Ребят, надо шоу делать, я хочу, я не могу. Хочу общаться с гостями, хочу, короче, творить всякую разную историю». И мы взяли это в разработку. То есть все, у нас уже пошло планирование студии, как она будет выглядеть, каких гостей мы будем звать — ну, короче, все, процесс пошел. И, так как у меня нет времени смотреть телевизор, и, несмотря на то, что я человек из интернета, я в принципе редко слежу за новостями. Потому что мне реально не до этого. И тут я случайным образом узнаю, что у Тодоренко выходит шоу на «Пятнице». И я берусь за голову и думаю: «Еб твою мать! Это что же сейчас будет?!» Все будут говорить, что там типа плагиат, не плагиат… Как это вообще все скомпоновать вместе. Потом — поняла, что ну и что. Пусть. Люди сами все поймут, когда увидят. Когда увидят один проект и другой. — И что надо понять? — Что «Агент Шоу» на YouTube — это прекрасный проект. — Ты сама это делаешь? — Да. — Вот это вот слово тоже из телевизора… Шоураннер этой программы — ты. — Ну у меня есть ребята, которые мне помогают. Творческая группа, в плане там, образно… — Давай так: сколько человек его делает? — Э-э-э… — Ну если мы не берем людей, которые стоят с камерами… Или берем? — Не-не, берем, да. — Ой, я не знаю. — Это большая команда. — Человек двадцать? — Ну плюс-минус, я думаю, что… Ну… — Сколько на… — Около тридцати наверное. — Сколько на производство одной проги ты тратишь? — Про одну не скажу, я могу тебе сказать за… два съемочных дня. Мы снимаем в целом по 5-6 программ. — В день? — То есть, 2-3 в день. — Да, как конвейер. — Ага. — Ну… В целом уходит, плюс-минус, около двух лямов. — Двух лямов? — Да. — И экономика… — Пока же там нет рекламы. — Нет. — Да. Экономика и расчет на то, что она появится позже.

— Ну, сейчас заходит. — Офигеть, то есть ты сама себе продюсер? — Да. — Но это был такой эксперимент, конечно. Когда ты платишь деньги со своего кармана и не знаешь, получится, не получится. — Чья идея — Ну, сейчас заходит. — Офигеть, то есть ты сама себе продюсер? — Да. — Но это был такой эксперимент, конечно. Когда ты платишь деньги со своего кармана и не знаешь, получится, не получится. — Чья идея сделать студию так, чтобы там были твои фотки? (Ивлеева смеется) — Реально твоя? — Фотки? — Да, ну ты сидишь на фоне себя самой. — Ну классно же! — Ну, такое… — Слушай, ну никто еще… Вот ни одного комментария даже не было о том, что это выглядит самовлюбленно. Хотя когда я пришла в студию, мне тоже так показалось. — Но… — Но ты рассказывала просто типа 20 минут назад по поводу того… О некой высокомерности блогеров… И тебе это не нравится, а тут ты сидишь на фоне себя. — Ну ладно, одно дело фотки повесить, другое дело говорить: — Но эффектно. — «Ты там, эй! Воды принеси!» Но! Я тебе скажу, что у нас уже почти отснят второй сезон. У нас сейчас первый будет подходить к концу, у нас уже отснят второй сезон. Я просто верю в успех этого проекта. Я еще дам всем просраться. А на третьем сезоне я буду менять студию, наверное с фотографиями чуть-чуть… опустимся. — Ты довольна первыми… Когда мы это пишем, вышло четыре проги — ты довольна ими? — Э-э… Ну вот с каждой новой довольна все больше. Дальше — лучше, я это знаю, потому что все снято наперед. Но да. Первая программа вообще… Я держалась за голову, потому что я смотрела на себя и понимала, что человечек сам не понимает, что происходит, хотя он ведущий — ну конечно это волнение, и его никуда не деть. Но сейчас я довольна, с каждым выпуском я довольна. Но я понимаю, что… дофига есть, над чем нужно работать, что я хочу поменять, какой сценарий, какие рубрики… Я вот сейчас приеду в Москву… Когда-нибудь уже, я хочу домой! (смеется) И буду прям жестко, вот прям… по сценарию разноситься. Регина, когда запускала свое шоу, она гоняла в Штаты, она ходила живьем на Киммела, она ходила живьем на Эллен… А ты… — …вдохновлялась кем-то? — Нет. — Никем. — У меня вообще… — То есть ты реально такая самогонная леди… — Юр, у меня такая политика. Я ни за кем не слежу и ни с кого не беру пример. Я даже шоу Регины не смотрела. — Ну да. — Серьезно. Я клянусь. У меня смотрели люди, которые со мной работают, и сказали мне свои впечатления. Я не смотрела, вот ис… вот… — …позиция такая. — Чего сказали? — Ну сказали, что неплохо, но видно, что телеканал делает свое дело. Ну то есть зарезает в пух и прах… — Остроту? — Ну конечно. (музыкальная заставка) — Про «Орел и решку» мы намеренно говорим не очень много. По касательной. Одна из вещей, которые я хочу узнать: до «Орла и решки» — …ты за границей была только в Лондоне. — Да. — Во-первых, давай… Это просто очень неочевидный выбор. Только в Лондоне! В одной из самых дорогих точек Европы, как минимум. Че ты там делала? — Объясню. Э-э-э… Это была моя первая поездка спонсорская. То есть я тогда только набирала обороты в плане блогерства, и мной начали интересоваться какие-то компании. Это, кстати, ну… Просто сайт знакомств, скажем, определенный, который тоже собрал группку блогеров и типа вывозил нас. Мы там снимали сторис и фотки, и плюс параллельно смотрели Лондон. И вот это была моя первая заграничная поездка, я была в восторге и восхищении. Когда началась «Решка» — ты что! У меня вообще мозг взорвался! Это как это? Я когда в Азию приехала, я такая: «Ого! Ничего себе! Как все устроено в этом мире!» Я до сих пор так удивляюсь. Уже меньше, конечно, но я до сих пор иногда пребываю в глубоком… …восторге. — А когда тебя брали на эту работу, это же было плюсом к тому, что у тебя чистота восприятия? — Я думаю, да, конечно. Я думаю, что как раз продюсеры и режиссеры потирали ручки, и это было прекрасно — смотреть, как я первый раз ем какого-то жука, или первый раз прыгаю с тарзанки, или вообще… ну типа любая коммуникация с миром для человека, который до этого не занимался такими делишками — это прикольно наблюдать. (музыкальная заставка) — Хочу про секс с тобой поговорить. Мне кажется, что мало с кем про это можно поговорить интересно и открыто. Для начала: когда ты снималась для MAXIM оба раза, ты волновалась или, скорее, заводилась? — Первый раз вообще спокойно себя чувствовала, а второй раз… Хотя, по сути в первый раз надо волноваться, я вот во второй раз волновалась прям… — Почему? — Не знаю, с чем это было связано, но… В первый раз когда проходили съемки, не было главного редактора, Маленкова. Там была съемочная какая-то команда, и как-то оно, знаешь, все так легко… Я просто человек, которого нужно… м-м-м… короче, мотивировать, подбадривать вот. Я сняла что-то, вот даже в «Решке», мне важно, чтоб режиссер подошел, сказал: «Ты красава!» Я такая: «Пф! Ха!» — и пошла дальше. И здесь такая же история важна мне была. То есть, я там с фотографом когда работаю, я понимаю, что я делаю хорошо, но мне нужно, чтобы он мне об этом сказал. Вот я… вдохновляюсь. — Ну когда надо было сиси оголять, ты… — Вот! Я значит, когда… — …ты смущалась или наоборот? — Конечно! Нет, я смущалась. — Я очень смущалась, я прям держала до последнего и сказала: «Я не буду…» Я сказала: «Все уходите, двери закройте, не смотрите!» И мы реально остались там вдвоем с фотографом, и я прям вот так вот… И Маленков такой: «Да сколько можно! Просто опусти ты эти руки уже, давай мы сфоткаем твои сиськи уже! У нас уже столько баб прошло уже через эти обложки, мы уже на них не реагируем!» Я сказала: «Нет. Не хочу. Не хочу.

Пожалуйста, меня вот так вот. Выйдите не смотрите». Я стесняшка. — Расскажи про лучший секс в своей жизни. Не называя партнера. Пожалуйста, меня вот так вот. Выйдите не смотрите». Я стесняшка. — Расскажи про лучший секс в своей жизни. Не называя партнера. — В плане… Ну у меня сейчас происходит лучший секс в жизни, каждый раз. — Прям каждый раз? — Каждый раз. Это фантастика. — А ты из тех девушек, для которых, или это вообще все девушки — для которых… то, что предшествует сексу, и вообще эмоциональное состояние гораздо важнее всяких физических вещей? — Типа прелюдии всякие? — Ну типа нет, если встрескалась… — Чем сам секс? — Если встрескалась в человека, похрену, какой у него член и все остальное. — Нет. Мне важны все составляющие. У меня были такие случаи, когда я была влюблена, а потом… Пам-пам! Получите-распишитесь. — А что такое «пам-пам»? — Ну это когда… Типа либо… сложно… разглядеть… вообще где, собственно… — Прям маленький член? (смеется) — Инструментарий. Ну и маленький член тоже в моей жизни случался, слава богу, очень быстро и… — А как это происходило, расскажи. — Маленький член? — Ну да. То есть ты познакомилась… У тебя с парнем дошло до секса, и? — Ты смотрел когда-нибудь «Секс в большом городе»? — Я даже знаю, о какой ты серии… — Да, когда Саманта спросила: «А мы типа начнем когда-нибудь уже заниматься сексом?» А чувак там уже добрых пять минут, понимаешь… …отрабатывает за всю мужскую… …да. — И у тебя так же было? — Ну почти. — Я такая: «У-у-у!» Это еще было… «по молодости» хотела сказать — по юности. И я такая: «Так, пять утра: интересно, трамвайчики уже ходят до метро или нет?» И все. — И больше ты с ним не встречалась? — Никогда. — А слушай, дай совет парням с маленьким членом. — Ну как я могу дать им совет? — Ну а серьезно, хорошо, подожди. — Ну им же не надо убиваться, ну он так родился! — Согласна. — Ну давай представим, что у меня… У меня маленький член, вот. Как?.. Блин, плохой пример. (Ивлеева смеется) — Я надеюсь, ты оставишь это в программе. — Э-э-э, нет, здесь ирония ушла, у меня все нормально. Допустим… Нет, плохо. Смотри. — Ну есть же парни, у которых небольшой член. — Конечно. — Им не убиваться же! Я вообще воспитан на поговорке, что если у пацана есть хотя бы один палец, то он не импотент. — Ну, на каждый маленький член найдется своя укротительница. Что?.. — Как жить, чтоб не комплексовать? — Ой… Вообще, конечно, маленький член — это приговор. — Почему? — Я не знаю, пацаны, как вы живете с маленьким членом. Это откровенно пиздец. Ну правда. Ну типа… — Хотя… — Ну блин, давай покажем, что такое маленький. Я просто, может быть, холодным потом, узнав себя, истеку в этот момент. Маленький — это какой? Вот давай, показывай на… вот на таких отметках. Что такое «маленький»? — Ну, я думаю, что… Слушай, ну давай в сантиметрах разберем. — Да никто не меряет! Come on, в восьмом классе мерили последний раз. — Come on! Все мужики меряют свой пенис! Вот сколько у тебя сантиметров? — Я не мерил пенис класса с восьмого! — Почему? — Ну а нахрена мне это делать?! — Чтобы вот когда были такие моменты, ты четко смог бы мне ответить. — Слушай, ну маленький член это я не знаю… Вот тебе сколько лет? — 31. — Вот 31, представь что у тебя в 31 год в стоячем состоянии пися там 15 сантиметров. — Это маленький? — Ну да. — Так, подожди, 15… Нет линейки ни у кого? — Ну там 14. — Так, это вот такой? — Я не знаю, мне нужна лин… — Ну что значит «не знаю»? Вот, визуализируется, я сантиметры не знаю. — Вот. — Это не 14, это гораздо меньше. — Да? — Ну да. — Так. — Ну вот это печалька. — Печаль. Вот такой? — Не, ну это нормальная история. — Ага. Фух! (смеются) — Ты любишь куннилингус? — С недавнего времени да. — Что произошло в недавнее время? — Ну-у-у… Тоже зависит от человека: кто-то умеет делать, кто-то не умеет. — А раньше парни не умели этого делать? — Ну как-то… Наверное да. — Как парню научиться делать куннилингус? — Здесь я думаю, что важна… как бы работа двоих. Ну то есть когда люди говорят, где им там приятно, не нравится… Просто девчонки какие существа? Они же боятся мальчика обидеть, понимаешь? Почему они имитируют? Вот зачем, казалось бы? Вот зачем ты имитируешь? Вот ты баба, ты же можешь сказать: «Я не кончаю». Все. Либо «мы расходимся», ну либо «меня эта позиция устраивает». Они же начинают там все это фантазировать, какие-то салюты придумывать там, располаскиваться там по кровати, понимаешь, и говорить, что это лучший секс. А потом начинаются всякие измены и ебля мозгов. Потому что чувак ее не удовлетворяет. Проблема в телках. Эм-м-м… Поэтому что здесь важно. Вообще в принципе залог любых хороших сексуальных отношений, будь то куннилингус, хороший минет, просто секс, не знаю. Когда вы друг с другом общаетесь, когда ты что-то делаешь, и ты говоришь: «Мне это не нравится. Вот так было бы лучше». И человек делает как было бы лучше. Ну то есть путем изучения тела и какого-то диалога. И все будет чудесно. На выпуске с Региной Тодоренко в «Агент Шоу» ты шутила про то, что у тебя дома есть вещи для садомазо. Действительно есть? — Ну какая-то часть небольшая. — А че, наручнички? — Ну да, у меня… Ну да. (смеется) Ну как садомазо, то есть там… типа у меня нет комнаты этого… из «50 оттенков серого», но игрушки — это прикольно, я считаю.

Это добавляет какой-то… пикантности. (музыкальная заставка) — Ты бухаешь? — Нет. — Все равно у кучи народа ассоциация «Ивлеева — винишко». Это добавляет какой-то… пикантности. (музыкальная заставка) — Ты бухаешь? — Нет. — Все равно у кучи народа ассоциация «Ивлеева — винишко». — Ну конечно, потому что тематика, которая пошла в параллель с моим творчеством. — Две с половиной недели назад, во время другой нашей поездки, я немножко перестарался и прям блевал. Когда ты последний раз так нажиралась? — О-о-о… Пф-ф-ф… Ну-у-у… Такое очень редко происходит в моей жизни. А! Подожди, нет. Это была текила. Это была Москва. И… — Мне… — Текила напиток? — Да. — Да. — Вот кстати опасная штука, текила. Ребята, прежде чем взять в рот текилу, десять раз подумайте, потому что одним шотиком это не обойдется. Ну… сомнительное удовольствие. Я вот люблю просто если вечером бокальчик вина, в приятной компании или с друзьями, знаешь, вот это вот чудно, а типа просто херачить… — А текила в Москве когда была? — Пару месяцев назад? — Пару месяцев назад, да. — Ужас. (музыкальная заставка) — Я пока летел сюда, узнал страшную новость, которую, оказывается, обсуждает последние дни весь Инстаграм. Развод поп-певцов Соколовского и Риты Дакоты. — Ой… — Как ты переживаешь это? — Да собственно я никак это не переживаю. — Ну ты офигела? — Ну я офигела. Я к Рите… Я ее не очень близко знаю, ну настолько, чтобы… Но я с ней знакома, и… для меня это действительно являлось какой-то парой… а-ля «ми-ми-ми», действительно красивая картинка. Но я не удивлена, ты знаешь. Я не знаю, я вообще к… (выдыхает) Слушай, это наверное очень такой разговор, мне кажется, был бы долгий, если бы мы сейчас с тобой начали размышлять о любви… Я никак это не переживаю. Это печально. Это прискорбно, особенно, когда есть дети. — Так. — Вот за это грустно. — А про любовь что ты хотела сказать? — Ну типа вообще, это такая субстанция, которая очень сложна в понимании, и… Типа люди ее идеализируют… Как-то лепят, превращают во что-то… Хотя! Понимаешь, у меня тут очень двоякая позиция, потому что я так думала, эм-м-м-м… до недавнего времени. Я ходила и громче всех орала: «Да вы, фу, со своими отношениями! Вы ж там сейчас все разведетесь! Расстанетесь!» И плевалась на каждом шагу просто. Но я сейчас сама заложница такой ситуации, ну в хорошем смысле. Поэтому… Мне хочется верить, что любовь есть. И она может быть достаточно долгим… долгоиграющим таким элементом. Поэтому если такие вещи происходят, это прискорбно. — Мы просто со всех сторон сегодня обходили, просто летали вокруг-вокруг-вокруг, но ни разу не произнесли. Ты так нежно, так удивительно и невероятно отзывалась о своих текущих отношениях, и мы ни разу не сказали, с кем эти отношения. Расскажи же нам, как так случилось, что объект всех вот этих очень теплых слов, которые ты произносишь — очень брутального вида рэпер Элджей? Вот про кого бы я никогда не подумал. — Я сама бы не подумала никогда об этом еще добрых полгода назад. — Где вы познакомились? — Ух! Ну я думаю, раз уж… (смеется) Да в принципе, уже ни для кого не секрет. Банально — на концерте, его. — Ты ходила на концерт Элджея? — Да, причем пошла не сама — там была компания девчонок, с которыми мы тусовались, и они предложи…ну, то есть я не скрою, что музыку, так как я меломан… Есть некоторое количество песен, которые мне нравились, и я их слушала — это нормальная история. И предложили пойти на концерт, ну и типа там дальше на тусовку. Я думаю: «Почему нет?» «Почему нет? Мне песни нравятся — погнали». — И как там оказался?.. Как вы оказались в радиусе его? — Были знакомы мои подружки с ним напрямую, и вот познакомили нас. Но у нас как бы знакомство состоялось такое, достаточно очень стервозное с моей стороны. Потому что… Ну у меня просто такая позиция типа… (вздыхает) Даже если мне человек нравится-не нравится, я не буду вот так типа: «А-а! Ой пожалуйста, господи неужели я с вами познакомилась! Боже, можно с вами фоточку?» То есть я всегда типа… Даже если мне нравится, даже если это мой кумир, хотя у меня кумиров нет, но прям… Я всегда буду: «Ну, не знаю. Может быть. Не знаю». И у меня такая позиция была и тогда. И все. И я на такой позиции вот так вот на карете уехала потом домой. И так было до момента, пока я не пришла на второй концерт. Спустя пару месяцев. И как-то тогда все поменялось, я как-то узнала, что человек… классный. Очень. — Что классного в Элджее? — Эм-м-м… Все. — Конкретизируй, мы же… Просто из всех артистов это один из тех, у кого есть крайне рельефный сценический образ. И что за ним — хуй поймешь. Поэтому… расскажи. Ты нам показываешь его такого нежного, хорошего — вот поэтому я и спрашиваю, что в нем классного. — Ну я скажу так: мне… мне нравится, как он работает. Мне нравится, что все песни, которые пишутся, пишутся им самостоятельно. Мне нравится он как артист, что он вдохновляется своей собственной жизнью. И это все трушно, честно. Мне нравится, что у него есть образ. Мне нравится, что он умеет делать продукт. Помимо того, что он умеет его делать, он придает ему крутую форму, он умеет это продавать. И неважно, какая реакция — положительная или отрицательная — это срабатывает.

И я смотрю на все это, и меня это безумно мотивирует, и я восхищаюсь этим. Это правда очень круто. Немногие так могут. Потому что наши артисты — это… 80% — это под копирку, ну… И я смотрю на все это, и меня это безумно мотивирует, и я восхищаюсь этим. Это правда очень круто. Немногие так могут. Потому что наши артисты — это… 80% — это под копирку, ну… Типа вот ты скажешь: «Назови кого-нибудь эпатажного, интересного». — Где, в шоубизе? — Ну да. — Я думаю, что он один из первых, кто придет на ум, и это круто. — Ты когда-нибудь участвовала в придумывании образа? Новой причи… Штанцы подгоняла ему какие-нибудь новые для клипа… Бронежилет из Supreme приносила ему? — Нет, я не участвую в создании его образов, но… Я могу сказать, что круто или не круто. — Линзы он прямо с утра надевает на себя? — Это… Слушайте, ну… Это правда настолько мне кажется глупым. Что люди думают, что это типа 24/7 человек ходит по дому в белых линзах, come on. Нет. — Называешь ли ты его Sayonara Boy? — Нет. — И финальное про Элджея. Я правильно понимаю, что иногда в твои вот эти вот экспедиции 25-дневные он прилетает к тебе в какой-нибудь Бангладеш или какой-нибудь Мозамбик для того, чтобы пересечься? — Да. (музыкальная заставка) — Слушай, я не собирался говорить про татухи… — Так. — Но я увидел у тебя какое-то страшное число на руке. — Почему страшное? Оно прекрасное. — 360. — Да. — Это в честь альбома? — Ну в честь песни. — А-а. — Ну не то чтобы в честь песни, там смысл гораздо глубже, просто… — А вот объясни. Я сейчас ни в коем случае не хочу издеваться над возлюбленным и все остальное, нет. — Спасибо. — Но… — Но блин, рэп делится на там… на сложный, глубокий, метафоричный и разнообразный, а вот у Элджея он крайне минималистичный. И ты… Я понимаю, почему это нравится молоденьким девочкам, то есть это прямо их жанр, и все понятно. Но взрослым девочкам вроде тебя что может нравиться, кроме самого исполнителя? — В этом творчестве? — Да! Слушай, в треке «Минимал», в треке «360». — Ну слушай, спрашивать у меломана, мне кажется, это очень абсурдно, потому что… — Качает? Просто качает? — Я же не слушаю поголовно от корки до корки все песни, только потому, что это мой парень, или… Ну то есть, есть песни, которые мне нравятся, они какие-то легкие, мне нравится, допустим, смысловое какое-то наполнение, где-то что-то схоже, где-то… — Какое смысловое наполнение в песне «360»? [Я хочу тебя на 360,] [Все остальные на проводе повисят.] — Объясни, я просто не понял. — Ну мне кажется это очень простой текст, который очень легко понять. Ну-у-у… М-м-м… Любовь там, все такое… Я могу свой смысл, вот. «Я хочу тебя на 360». Только тебя. Ну, не тебя. — То есть всю? Тебя всю. — Да. — Ты никого не видишь, никого не замечаешь. Вот есть человек, все. — М-м. — Просто выражено так минималистично. — Ну наверное… Это уже больше к создателю, понимаешь. — Я надеюсь, что у меня будет возможность сказать ему об этом лично, но не могла бы ты передать, что когда люди смотрят лайвы, концерты Элджея, то не хватает несколько его пения. Там только плюс слышен. Почему так? Ты не разговаривала с ним об этом? — Милый друг, ну нет. Мне нравится все, что происходит на концертах. — Но это вопрос к нему, когда ты будешь брать интверью… — Понятно, кто-то сильно влюблен. Все, больше не терзаю. Кто-то сильно влюблен. (музыкальная заставка) — Как ты относишься к пластической хирургии? — Положительно. Если это… грамотно и вкусно. — Объясни. — Ну типа если у человека горбатый жирный нос, и ему его подрежут и сделают красивый, почему нет? Или у человека нет сисек, ему их вставят — классно же. — А если все в порядке? — Ну это уже дело каждого. Я… …нейтралитет. — Гугл, если в общем хотя бы начать вводить твое прекрасное имя туда, он очень интересуется двумя вещами: зубами… Зубы твои? — Виниры. Ну конечно. Они не могут быть такими белоснежными и ровными. — То есть что с ними надо было сделать? — Ну когда ты ставишь на… Ты не знаешь, что такое виниры? — Я знаю, что такое пломбы, и что такое их отбелить раз в год. — Ну виниры — это такой процесс, когда твои зубки чуть-чуть стачиваются и надевается красивая вот такая история на каждый зубик. — Давно сделала? — Год где-то наверное, плюс-минус, может два. — А до этого что, плохие зубы были? — Ну относительно не те, которые должен иметь человек с публичной профессией. — Губы твои? — Мои. — Все остальное твое? — Мое. — Ничего не меняла, ничего никуда никак вообще не деформировала. Ну я имею в виду из пластической какой-то истории. — Тебя когда-нибудь напрягало, что люди так много внимания этому уделяют? — Нет. Мне нравится внимание, пускай делают что хотят, говорят о чем хотят. Говорят о тебе — и прекрасно. Значит, ты интересен, значит, к тебе есть внимание. Пожалуйста. Раскадровывайте, обсуждайте, делите на части, на куски. Прекрасно же. Это поднимает мне настроение. — Как должны пройти ближайшие десять лет, чтобы, когда тебе будет под сорокет, ты сказала, что все клево? Что ты хочешь сделать за эти десять лет? — Ну определенно, чтобы продолжалась моя история… ну, может необязательно с шоу… Мне очень интересна актерская составляющая, я хочу по этому пройтись. И пройдусь, более того. — Ты хочешь быть актрисой? — Ну я бы хотела себя попробовать в этом жанре. У меня сейчас будут съемки некоторые, сериальные и киношные.

— А ты никогда не видела, как другие люди, становящиеся знаменитыми в телевизоре, пробуют в актерстве себя? — Может быть и видела, но сейчас на память ничего не приходит, если ты о ком-то конкретно. — А ты никогда не видела, как другие люди, становящиеся знаменитыми в телевизоре, пробуют в актерстве себя? — Может быть и видела, но сейчас на память ничего не приходит, если ты о ком-то конкретно. — Ну более-менее обо всех. Это, как правило, невероятное говно. Если у человека нет актерского образования. — Согласна. — Это как оперировать без образования. — Согласна. — Э-э-э… Понятно, что пятилетнее образование я не получу. Есть курсы какие-то. Я хочу попробовать. Пускай. Пускай смешают с говном. Я скажу: «Да, действительно, это не мое. Простите, ребятки, я пошла дальше лепить для вас новый вайн». По поводу обучения я с тобой согласна, я в любом случае буду делать это как-то в параллель. Я тоже не хочу лезть туда, где я ничего не соображаю и такая типа: «Ха! У меня есть харизма, у меня и так получится». Нет, это не про меня. И бизнес. — Ну ты хочешь империю? — Конечно. Не знаю, Юр, я в поиске. Мне хочется… Я не хочу останавливаться, это факт. Как это будет, под каким углом это будет — я не знаю. Но я знаю, что я хочу лететь вперед, как локомотив. И так и будет. Но это все будет постепенно просто лепиться. Эти все вагончики, которые будут приклеиваться — это все будет постепенно. (музыкальная заставка) — Ты купила себе что-то уже большое? — Вот сейчас я в процессе. — Квартирка? — Да, потому что когда у меня был вопрос запуска шоу или думать сейчас о квартире, о машине своей, я… пошла и вложилась как бы, и до сих пор продолжаю вкладываться именно в проект. — В шоу? — Да, в шоу. — Так. Где будешь брать, в центре? — Ну не совсем, но и не на окраине типа какой-то там, чтобы типа леса и поля. — Две, три комнатки? — Я думаю, что три. — Три комнатки? — Да. — 25 миллионов рублей. — Ну… Что поделать. — Это хорошо. — Мы же работаем? — Да. — Работаем. — И многие люди думают, что типа: «Вот блогеры. Бабки рубят ни с хера». Это же труд. Это пипец какой труд: сидеть придумывать контент, и ты в него вкладываешься и думаешь, что придумать интересного, чтобы зрителю понравилось. — Это труд. — Слушай, ну остановись, ну… — Это труд, но… Давай просто: твой ответ на вопрос. Что тяжелее: заниматься тем, чем мы, ну или ты в данном случае, или работать на «Московском коксогазовом заводе» у станка? Что более тяжелый труд? — Мне кажется, это равносильно непросто. Ну типа Юр, поверь мне, несмотря на то, что я вроде блогер, но моя работа… — Да мы ж кайфуем! Просто дисциплинированно. Дисциплинированно, но кайфуем! — Ну слушай, если люди работают на станке и ничего не меняют — значит им тоже это нравится? Значит их устраивает такая позиция. Вот и все. Не нравится? Иди меняй. Я тоже работала мастером по маникюру. Тоже работала в ночном клубе, зарабатывала там свои гребаные 25 тысяч. Мне это не понравилось. Я пошла переехала в Москву, понимаешь? Ни с единым знакомым, не пошла по мужикам, и так далее, и так далее. Все вот так вот начиналось постепенно, и никто не знает, получится или не получится — бери делай, все. (музыкальная заставка) — Блиц. — Я спрашиваю коротко, ты отвечаешь необязательно коротко. — Давай. — Грудь или попа? — Ла-ла-ла… Грудь. — Розовое вино или черный кофе? — Черный кофе. — Секс или сон? — Секс. — Телек или YouTube? — YouTube. И телек. — Дать за бабки или переехать в деревню? — Переехать в деревню. — Твой любимый комик-мужчина? — Джим Кэрри. — Почему? Что любимое? — Не знаю, я вообще от него в восторге. Начиная от мимики, которой он просто владеет как бог, заканчивая, в принципе, его ролями, что комичными, что не комичными. — Три самых отстойных мужских качества? (вздыхает) — Пиздобольство. Маленький член. И… — Пацаны, не нервничаем. — Этот вообще в стену ушел. — И? — И… (оба щелкают пальцами) — И давай пусть это будет отсутствие чувства юмора, я не знаю. — Очень банально, ну да. — Да. — Что ты выберешь: никогда не заходить в Инстаграм или никогда не выезжать за пределы России? — Хм-м… Прикольно. — Ой, наверное… никогда не заходить в Инстаграм. — Тебя когда-нибудь бил парень? — Никогда. — Ты что-нибудь слышала про «Марш матерей»? — Нет. — Оказавшись перед Путиным, что ты ему скажешь? — Ты не заебался? (музыкальная заставка) — Конкурс! Мы забыли тебя попросить это принести, поэтому почта поможет нам доставить. Что это за подарок? — Это пленочный фотоаппарат. Который «Полароид», но немножко не… «Полароид» это же фирма? — Ну моментальный который. — Короче, делаешь фотку — вылезает фотка. — Конкурс очень простой. У тебя достаточное количество татух. А есть какая-то, которую никто никогда не увидит, кроме близкого человека? — Нет. — На потайных местах? — Все, все… — Все они доступны? — Доступны. — В общем, места еще есть. — Э-э… Ты давно не набивалась? — Недавно набивала. — Недавно. — Предложите идею самой интересной татуировки для Насти Ивлеевой, которая по каким-то причинам может оказаться у нее на теле. И самый интересный варинат мы выберем и одарим человека фотоаппаратом. — А если татуировка будет интересная, ведь правда ее можно будет набить. — Да, да. Спасибо тебе большое. — Спасибо тебе.

Ad Х
Ad Х