🏠

Без лица: солдат Армии обороны Израиля рассказывает правду о службе

Это текстовая версия YouTube-видео "Без лица: солдат Армии обороны…".

Нажмите на интересующую вас фразу, чтобы открыть видео на этом моменте.

Здравствуйте! Я сегодня пришел в эту студию, чтобы рассказать о своем опыте службы в армии обороны Израиля, о том, как я проживал на территории этой страны и наблюдал в том числе взаимодействие двух народов, таких как арабы и евреи. У меня имеется гражданство Израиля, на данный момент я прилетел сюда, в страну к своим родственникам, чтобы навестить их, побыть вместе с ними и сделать какую-то разрядку для себя. В Израиле службу положено всем и так же новоприбывшим, как их называют новым репатриантам. Для парней это будет полный срок службы 3 года, а для девушек так же по желанию может быть 3, может быть 2. По моему возрасту мне выходил срок службы два года, но я сразу же метил идти на контракт. Периодически приходил сам в военкомат, то есть без каких-либо повесток и просился. Вот реально как щеночек такой маленький под забором «Возьмите меня, возьмите, заберите». Критерии отбора были следующие в армии. Это в первую очередь медицинский профиль по здоровью, то есть предварительный прием в бригаду осуществляется на таких критериях как знание языка. Мне назначили несколько психологических тестов, один из которых был на проверку моей личности как на безопасную, так скажем, то есть, что я не представляю опасности для социума. В армии израильской, там есть два направления службы, это «джобники», я так понимаю, видимо, от английского слова «job» - «работа». То есть они обслуживающий персонал, а есть еще другое ответвление, это уже основная деятельность, которая армия, это боевые бригады. Меня распределили в бригаду, которая вела свою деятельность на территориях арабских поселений. Служба заключалась в том, что, к примеру, есть отдел разведки, который по камерам патрулирует территории, местности и, к примеру, видит, что кто-то из поселения пытается проломиться через забор, вот, или какие-то личности посторонние пытаются где-то какие-то подкопы делать, забор ломать, резать. Сразу же направлялась бригада на задержание. В основном все операции проводились в таких городах двух, как все говорили, оттуда шла вся дичь, это террористы, какие-то бандиты, преступники. Это два города были Рамалла арабский и Наблус. Работа по наводкам так же, то есть если дали наводку, что в таком-то там секторе, в таком-то доме проживает такое-то лицо, которое возможно там к такому-то теракту либо к убийству, выезжала бригада на задержание. Вот. Так же было в бригаде еще спецподразделение «Окец» кинологическое с собаками. Они даже могли выезжать с собаками, просто в первую очередь запускать собак туда. В домах, в которых проводились зачистки, наверное, процентов 99 было населения мусульман. База наша находилась в пустыне, безлюдной такой пустыне недалеко от границы с Иорданией, кубрики такие, небольшие здания одноэтажные. В каждом находилось около четырех-шести двухэтажных кроватей, несколько таких железных больших шкафчиков на двоих. Сплошная пустота, пустота, голые стены. Первые дни в армии начались довольно легко. Я очень был удивлен, когда нас начали кормить. То есть каждое утро был молочный завтрак, так его назовем. То есть был творог различный: зернистый и незернистый; молочко шоколадное в пачках, яблоки, пирожное. Вечером, перед отбоем выкладывали на стол несколько банок варенья, батона, там, напитки, фрукты тоже, да и кучи-кучи пачек кекса. В течении первой недели с тобой проводят различные люди с различных должностей, в том числе и соцработники, и командиры-офицеры собеседования по поводу того, как ты видишь свою дальнейшую службу. Они спрашивают, кем ты хочешь быть, кем ты себя здесь видишь. После того, как ты определялся со специальностью, это записывали. Конкретно в моей бригаде выбор был небольшой: это автоматчики, пехотные снайперы, снайперы-пулеметчики. Будучи солдатом армии Израиля, я заметил, что на гражданке к тебе относятся гораздо более уважительно, с почетом с каким-то, да, чем внутри самой структуры. Особенно я заметил, выделяют внутри армии своих и чужих. На фоне этого тоже бывали конфликты такие, словесные перепалки вплоть как бы это жестко не звучало, до таких уровней расизма, да, что «Вот вы тут, евреи, такие, да, там своих тянете, своих любите, а мы приезжие, мы тут как пушечное мясо, расходный материал и выполняем самую грязную работу». Да, там могут быть какие-то шуточные моменты, когда вы, к примеру, идете на кухню дежурить, да, и там приезжают ящики с фруктами, с продуктами, вот. Есть самый главный по кухне, который обычно это все носит, делает, а они пойдут курить там и скажут: «Ну это прикол. Ай, ну идите носите», сами сядут, будут курить, балдеть там в телефонах. Вот. А как таковой дедовщины нету, вот, с этим все строго, и в плане насилия, и в плане физических каких-то моментов рукоприкладства, с этим все строго. Вот. Можно уехать в тюрьму и надолго. Как я заметил, принцип службы в армии – там нету пустых действий, там натаскивают, там натаскивают защищать и убивать. То есть не было вот этой пустоты, таких лишних действий, как когда общался с некоторыми служившими на территориях постсоветского пространства, когда им дают автомат раз в год, как они говорят, три патрона и всё. И они забыли, что это такое. Я не знаю это правда или нет, может это шутят так.

Красить бордюры, траву - такого там не было. С первого дня службы тебя все больше и больше подготавливают к боевым каким-то действиям и натаскивают психологически. Красить бордюры, траву - такого там не было. С первого дня службы тебя все больше и больше подготавливают к боевым каким-то действиям и натаскивают психологически. Бывало, не хватало даже на всех магазинов с патронами в разгрузке в карманы. Загружали по четыре магазина, по шесть, а остальные карманы просто запихивали камнями, большими булыжниками и заставляли вместе с ними бегать. Оружие выдается изначально после пару месяцев службы, но оно дается в постоянное пользование. Через определенный небольшой период, около месяца-двух, ты даже ездишь с ним домой, что накладывает тоже определенную ответственность. И ты с этим оружием находишься день и ночь. Твое оружие - это твоя мама, папа, девушка, брат, это твоя кровать, это твое всё. Ты с ним ешь, ты с ним спишь, ты с ним моешься, и никого не волнует, как ты это будешь делать. Потеряешь патрон хоть один – поедешь в тюрьму. Передашь кому-то из друзей на хранение – такого тоже быть не должно, тоже уедешь в тюрьму. По поводу боевой техники, конкретно в нашей бригаде, так как она была пехотная. У нас не было тяжелой артиллерии и тяжелой техники, это были в основном автомобили: внедорожники, пикапы большие, либо броневые внедорожники, оснащенные специальными устройствами для отгона толпы, сетками и очень сильно укрепленной броней, то есть для патрулирования арабской местности. В основном вся работа бригады заключалась в пешем действии, так скажем. Арабы пытаются доказать, что это их клочок земли, то есть Израиль и Палестина, то есть сейчас… сейчас Палестина, которая это считается как бы арабской, хотя на самом деле изначально это всё было Палестиной. Вот. А евреи пытаются доказать, что это их земля. Два восточных народа, народы горячие, никто молча сидеть не будет, все отвечают на агрессию агрессией. Я когда проживал на юге страны, я в том числе застал вот эти вот ракетные обстрелы. По-моему, это происходит со стороны Сектора Газа. Когда ХАМАС выпускает свои ракеты, и на территории южной части страны включается на всех городах такая мощная сирена. В плане защиты от этих действий у Израиля, да, существует такая система, как «Железный купол», то есть установки с ракетами-перехватчиками. Но так как количество машин не бесконечное, которые может сбить эти ракеты, к сожалению, некоторые ракеты все-таки долетают до жилых городов. Пару раз, да, я слышал взрывы, которые были за городом. Вот я жил в городе Беэр-Шева, это не так далеко от Сектора Газа. Учеба по языку проходила с утра, и мы тогда сидели в учебном классе, мы слышали взрывы за городом. Это либо могло происходить спонтанно, либо в ответ, как агрессия на агрессию. То есть, к примеру, в Иерусалиме могли задержать где-то какого-то ну, араба, может быть, известного в их группировке. И в ответ на это, да, если, к примеру, где-то в одной части страны что-то произошло, они могли начать бомбить с Сектора Газа другую часть страны. За время службы в армии я понял, что много, очень много радикалов, таких экстремистских организаций, группировок есть со стороны мусульман, которые захватили в том числе власть в Секторе Газа. Вот этот вот клочок земли в Израиле, от которого так же идут беды и идут обстрелы. То есть население разделено и на нормальных спокойных, которых это все устраивает, иони готовы жить и сотрудничать вместе. Есть и старички, которые живут спокойно и которым все хорошо, есть и молодежь, которой всё устраивает и для них соседний народ братский, так скажем. Но есть молодежь, как будто их сверху кто-то ведет, вот, как кукловод, с самого детства и вливают в голову то, что арабы — это зло, арабы — это террористы. Чем больше частота тренировок и выездов вот этой идеологической работы происходила с нами, тем больше я понимал, что это не мое. Я не хочу в этом быть и не хочу это поддерживать, вот этот режим, насильственную вот эту борьбу с моим братским народом, с которым и я бы мог, если бы я, будучи изначально с самого детства, жил в Израиле, расти. Я принял для себя решение, что я просто уйду из армии. В принципе, сейчас я являюсь военнообязанным данной страны, когда вернусь обратно, я буду принимать решение о том, чтобы уходить оттуда навсегда. По поводу плюсов службы в армии, особенно будучи солдатом-одиночкой, это дает такие привилегии, как двойная заработная плата, дополнительные выходные, дополнительный работник, личные, социальные, которые решают, помогают решать тебе твои вопросы. Так же ты можешь в любой точке страны, где находятся дома солдат, остаться на ночь. Там постоянно бесплатная еда, свободная кухня, зашел покушал и ушел. В течении там какого-то короткого срока, сразу после выход из армии тебе зачисляют такую весомую сумму на счет. Тоже что-то в районе там четырех или пяти тысяч долларов, которую ты можешь направить на определенное направление. Их периодически добавляют все новые. Это образование, это свадьба, это покупка жилья, к примеру, на первый взнос. Наверное, еще из плюсов это, да, вот, доплаты в зависимости от того, какая бригада за опасной территорией. Так же если ты не питаешься на базе часто, ну как основная бригада, а часто на выходные выходишь, тоже могут деньгами помочь. В районе 1000$ платили. А по поводу выплат за боевые ущербы, я лично с ними, слава Богу, не сталкивался, жив-здоров. Но я думаю они присутствуют. Самый главный, наверно, минус, который я для себя понял - вот эта пропаганда, пропаганда насилия и попытка всунуть свой нос везде, куда не надо, где действительно опасность и где не надо, где ты просто… желание… вот возьмем твое, как твое, то есть это в совокупности армия, твое желание армии, вот это, захватить власть над всеми, превышает всё. И вот это вот самое противное. Я надел маску, потому что я бы не хотел, чтобы ко мне были лишние вопросы очередные со стороны армии, чтоб у меня предъявили, мол, «Ты такой самый умный, да? Сейчас будем решать, там, с тобой что делать» - и так далее. «Зачем ты свой нос суешь куда не надо, в политику и так далее». Мне бы очень хотелось, чтобы весь этот конфликт наконец-таки завершился. Еврейский народ полностью, будучи неразделенным на тех людей, которые принимают арабов и те, которые не принимают, полностью весь народ осознал, что это братский их народ, арабы, и что бы они жили вместе бок о бок, как изначально это было, чтобы не было этого деления – это моя земля, это моя земля. Никто никому ничто этим не докажет. Проливать кровь людей, которые вообще не причастны к каким-то политическим моментам и к убийствам, к террористическим актам, нету смысла. Вот. Я очень надеюсь, что все устаканится и когда-нибудь это изменится всё в лучшую сторону.

Ad Х
Ad Х